Зачем Россия штурмует украинские АЭС и может ли война закончиться ядерной катастрофой?

В Украине есть пять крупных объектов ядерной энергетики. Это четыре действующие атомные электростанции, а также законсервированная в 2000 году в аварийном состоянии Чернобыльская АЭС.

Россия грубо нарушает международную конвенцию

Самая крупная из украинских АЭС – Запорожская. Ее энергетические установки работали, когда 3 марта колонны российской техники, несколько дней стоявшие у границ города Энергодар, где расположена эта станция, пришли в движение и войска начали бой за контроль над станцией. В итоге Запорожская АЭС стала первой действующей атомной станцией, захваченной во время войны армией другого государства. А вопрос о том, способно ли российское вторжение закончиться атомным кошмаром, стал еще более острым и актуальным.

К счастью, пожар, который в ходе сражения начался на технической площадке АЭС, не затронул инфраструктуру реакторов. Но он уничтожил контрольно-обучающий центр, необходимый для обучения персонала. Радиационное состояние в городе – в норме, из шести блоков станции в работе оставлен был лишь один, №4. Остальные отключены. Блок №1 находился в планово-предупредительном ремонте, все остальные блоки сотрудники станции отключили от сети, персонал проводит охлаждение установок и ядерного топлива в соответствии с требованиями технологических регламентов безопасной эксплуатации.

К моменту захвата Запорожской АЭС на Чернобыльской АЭС уже девять суток безостановочно работали специалисты, оказавшиеся в 17:00 24 февраля на работе. Самая главная задача персонала в любых условиях – обеспечить безопасность эксплуатации станций. Это исходная позиция. В этом вклад Украины в общемировую безопасность, за которую по большому счету должны нести ответственность все – и Украина, и Россия, и МАГАТЭ, и Запад.

Захват такого объекта является грубым нарушением п. 1 ст. 56 Дополнительного протокола (I) к Женевским конвенциям 1949 г. В нем сказано, что «плотины, дамбы и атомные электростанции не должны становиться объектом нападения даже в тех случаях, когда являются военными объектами – если такое нападение может повлечь за собой высвобождение опасных сил и последующие тяжкие потери среди гражданского населения».

Действия государства-агрессора порождают ряд непростых вопросов с точки зрения международного ядерного права. Это, например, вопрос ответственности за оперативное уведомление в случае ядерной аварии (статья 2 Конвенции об оперативном уведомлении о ядерной аварии 1986 г.). Хотя Украина как государство временно потеряла контроль над ядерным объектом, на станции продолжает работать украинский персонал. Вместе с тем, как указано выше, персонал находится под контролем оккупационных сил с явной угрозой для жизни этих людей, поэтому государство может потерять возможность получать надежную информацию о состоянии объекта.

Российская Федерация, впрочем, имеет уже достаточно устоявшуюся «традицию» грубых нарушений Конвенции об оперативном извещении. Можно вспомнить, как она вела себя после выбросов рутения-106, зафиксированных в октябре 2017 года, и инцидента в Ньонокси в августе 2019-го – не говоря уж о последних событий. Эти ее действия требуют фиксации и надлежащего реагирования со стороны международного сообщества и международных организаций.

В плане энергетики Украина уже стала частью Европы

Война, которую развязала Россия, продемонстрировала, что агрессор пытается захватить прежде всего важные инфраструктурные объекты, в том числе АЭС. Контролируя энергетический сектор, Москва сможет превратить поставки электроэнергии в инструмент шантажа.

Работа в изоляции показала абсолютную надежность линий передач и систем управления процессами даже в условиях военных действий. Украинская энергосистема доказала способность поддерживать необходимую частоту 50 Гц в разных режимах работы и надежность и безопасность энергоснабжения украинских потребителей. Тепло- и гидроэлектростанции сегодня в Украине работают стабильно, охрана объектов осуществляется в усиленном режиме. Запасы энергоносителей в Украине на начало марта достаточны для бесперебойного обеспечения потребителей электроэнергией и теплом. Топлива для АЭС закуплено впрок – больше чем на год.

В течение всего 2021 года украинские власти активно планировали отсоединение от общей энергосистемы с РФ и Беларусью, а начало войны ускорило этот процесс. Подключение Украины к европейской электросети – необходимое условие для диверсификации импортных возможностей и актуального замещения российской и белоруской электроэнергии. Сейчас синхронизация украинской и европейской энергосистем уже в стадии завершения. В течение недели ожидается полноценное присоединение к ENTSO-E.

Синхронизация украинской энергосистемы с энергосетью континентальной Европы – это стратегическая инициатива по повышению энергонезависимости. Присоединение к ENTSO-E, быть может, произойдет уже до середины марта. Поставлена задача добиться этого к 14 марта.

Объединение с ENTSO-E позволит Украине получить дополнительную электроэнергию в кризисных ситуациях, но никаких коммерческих действий, то есть экспорта или импорта энергии, пока проводить не будут.

Сейчас отказ от российских энергосистем станет новым политическим мировым трендом. Литва, Латвия и Эстония к 2025 году планировали отключиться и полностью синхронизироваться с европейской системой, однако теперь понимают, что медлить нельзя. Решение ускорить процесс представила парламентский секретарь минэкономики Латвии Илзе Индриксон.

Всего к энергосистеме континентальной Европы подключены 43 оператора в 36 странах. Украина начала тестировать изолированное соединение 23 февраля 2022 года. Предварительные подсчеты показывают, что кроме повышенной безопасности на присоединении к ENTSO-E эта страна сможет экономить до 1,5 миллиарда долларов ежегодно.

Мила Рухман, «Детали». На снимке: Запорожская АЭС. Фото: Pixabay √

Метки:


Читайте также