Мнения

Я календарь переверну… а почему 23 декабря?

Как все мы помним, изначально так называемый «компромисс Хаузера» предлагал отсрочить утверждение госбюджета на 2020 год на 100 дней, до начала декабря. Но в результате, после компромиссов, на которые пошли «Ликуд» и «Кахоль-лаван», чтобы прийти к предложенному компромиссу, утверждение бюджета сдвинули на 120 дней, до 23 декабря.

Почему именно до этой даты? Чтобы ни у кого не было сомнений в том, что бюджет на 2020 год никто не собирается утверждать, и «компромисс Хаузера» является не более чем отсрочкой, которая позволит многим депутатам еще на 120 дней задержаться в кнессете. Бени Ганц эти 120 дней может провести с пользой, убеждая себя, что премьер-министром он все равно не станет. Так ему будет легче встретить 23 декабря.

Все достаточно просто и является наглядной демонстрацией пословицы «Закон, что дышло, куда повернешь, туда и вышло». Как известно, правительство должно утвердить госбюджет до установленного законом срока, в противном случае кнессет распускается и объявляются выборы. Такой срок вышел в полночь 24 августа, и за два часа до этого кнессет утвердил во втором и третьем чтении абсолютно новый и невиданный доселе вариант: «расширенный продолжающийся бюджет» — бюджет 2019 года, к которому прибавили 11 млрд шекелей.

Продолжающийся бюджет — это бюджет 2019 года (утвержденный в 2018 году), по которому и жил Израиль в 2020 году — каждый месяц министерство финансов выделяло 1/12 бюджета на финансирование деятельности министерств. Размер бюджета после привязки к индексу потребительских цен составлял 400 млрд шекелей, чего естественно не хватало: из-за прироста населения и роста расходов министерством требовалось еще порядка 15 млрд. Такой режим существует не случайно: он призван «поощрить» правительство принять обычный распланированный и сбалансированный госбюджет. Если бы правительство это сделало, то оно могло бы, в соответствии с правилами, принять бюджет в размере 412 млрд шекелей.

Но оно не могло, несмотря на то, что существует возможность принять годичный, двухгодичный и даже — есть такая возможность, которой почти не пользуются — бюджет на неполный год. Но, как знает каждый ребенок в этой стране, дело совсем не в бюджете, а в аномальном союзе Ганца и Нетаниягу: когда политики заключали коалиционные соглашения, то один из них знал, что не собирается их соблюдать, а другой знал о намерениях своего партнера. И тем не менее, они подписали соглашение.

В результате Ганцу не осталось ничего, кроме как требовать утверждения исключительно двухгодичного бюджета, чтобы лишить Нетаниягу лазейки и заставить выполнить взятое на себя обещание покинуть пост премьера в ноябре 2021 года. Но Нетаниягу, который не собирается этого делать, не готов был и слышать о двухгодичном бюджете, напирая на то, что за время, прошедшее с подписания коалиционных соглашений, все стало намного хуже.

Так и появилось 23 декабря: утвердить до конца года можно только постоянный годичный бюджет, на что Ганц не мог согласиться. Утвердить «расширенный продолжающийся бюджет» можно только не до конца года, чтобы в оставшееся время успеть утвердить «обычный» бюджет. Взгляд на календарь показывает, что 23 декабря — это последняя возможная дата в этом году, после нее остается ровно неделя до конца года. Если это недостаточно смешно, то в рамках «компромисса Хаузера» ничего не сказано о том, когда бюджет на 2020 год должен быть представлен на рассмотрение кнессета, чтобы подготовить его к утверждению до 23 декабря.

Естественно, не может не возникнуть вопрос: а что плохого произошло? Де-факто бюджет утвердили, он всего на миллиард меньше того, который могли бы утвердить. То есть можно выделить деньги туда, где их так ждут, и пока продолжать жить.

Проблем тут две. По крайней мере, основных. Первая состоит в том, что весь процесс указывает на то, что и в 2021 году у Израиля бюджета не будет. Если в конце года распустят кнессет, выборы проведут в марте, правительство сформируют к лету… Мы это буквально только что проходили. То есть бюджет на следующий год в лучшем случае утвердят в конце следующего года, а это значит, что, во-первых, снова не будет денег на финансирование различных социальных программ, а во-вторых, что в 2022 году нас ждут очень и очень жесткие сокращения. Те 80 млрд, которые правительство выделило на борьбу с коронавирусом с помощью еще одного изобретения — «бюджетных коробок» — они не из воздуха появились, и нам с вами их надо будет возвращать.

Вторая проблема — прозрачность.  Из 11 млрд шекелей, которые добавили к бюджету, 4,5 уже «забронированы»: 3,5 млрд в оборонный бюджет, 400 млн шекелей на финансирование йешив, 300 млн шекелей на структуры религиозно-сионистского образования. Кто решил? Нетаниягу и Кац. Куда будут направлены остальные деньги тоже будет решать министерство финансов, ну или, проще говоря, Исраэль Кац. То есть, конечно, необходимо до 13 сентября представить финансовой комиссии перечень статей, на которые будут направлены средства, но этот процесс не имеет ничего общего с планированием госбюджета. А учитывая тот факт, что фактически финкомиссию контролируют ультраортодоксы, являющиеся надежным коалиционным партером «Ликуда», можно не сомневаться, кто точно не останется в накладе.

Юрий Легков, НЭП. Фото: Pixabay˜



Реклама


Партнёры

Загрузка…

Политика

Реклама

партнеры

Send this to a friend