Рынки

WeWork: гениальный стартап или глубоко убыточный бизнес?

Сразу после ухода сооснователя WeWork Адама Нойманна с поста гендиректора компании, на продажу был выставлен самолет Gulfstream G650, который компания купила для Нойманна за 60 млн. долларов. Лайнер был оборудован дополнительными спальнями и медиасистемой, в которую загрузили тысячи шоу и фильмов для детей и в нем основатель проводил встречи. В решении продать самолет примечательно то, что оно было принято под давлением коллектива компании, отношение которого к гендиректору было резко отрицательным.

С покупкой лайнера связана замечательная история, ставшая достоянием СМИ. Летом 2018 года Нойманн прилетел с друзьями в Израиль на арендованном бизнес-джете. Во время уборки салона по прибытии в Израиль экипаж обнаружил в коробке из-под хлопьев запас марихуаны, которую Нойманн с друзьями курили в полете. Владелец самолета испугался, что при возвращении лайнера в США его привлекут за контрабанду марихуаны, и срочно отозвал борт обратно. Оставив Нойманна в Израиле. После этой истории у компании появился собственный лайнер.

14 августа этого года We Company, которой принадлежит крупнейшая в мире сеть коворкингов WeWork и еще несколько проектов, подала заявку на IPO. Его планировали провести в сентябре. Это было одним из самых ожидаемых первичных размещений в 2019 году. В ходе последнего раунда инвестиций, которые компания привлекла от японской корпорации SoftBank, сеть коворкингов оценили в 47 млрд. долларов.

Для IPO компания опубликовала проспект, из выяснилось, что WeWork как никогда далека от прибыли. Как подсчитала Financial Times, с марта 2018-го по март 2019-го компания теряла в среднем 219 000 долларов каждый час. И хотя за год ее выручка удвоилась до 1,8 млрд. долларов, убыток так же вырос 1,9 млрд. долларов. Получив столь неожиданные данные, инвесторы задумались о стабильности бизнес-модели WeWork, а затем оценочная стоимость We Company сократилась более чем на 50 процентов, с 47 до 20 млрд. долларов. Как сообщило агентство Reuters, компания продолжила готовиться к публичному размещению акций исходя из оценки 10-12 млрд. долларов, но в то же время аналитики высказали мнение, что компания стоит не больше 3 млрд. долларов.

В результате основной инвестор — SoftBank — настоял на переносе IPO, а 23 сентября стало известно, что SoftBank настаивает на уходе Нойманна с поста гендиректора. Спустя день, 24 сентября, WeWork выпустила официальное заявление о том, что Адам Нойманн решил покинуть пост руководителя компании, заняв пост председателя совета директоров без исполнительных функций.

Столь значительная встряска в компании, которая еще совсем недавно являлалсь одним из самых дорогих стартапов, заставила СМИ и инвесторов начать «копаться в грязном белье», в результате чего начали всплывать неприглядные факты. Выяснилось, что за последние три года компания заплатила 20,9 млн. долларов за аренду нескольких зданий, которые частично принадлежали Нойманну. А многие посты в компании занимали друзья и родственники сооснователя. Принадлежащая Нейману фирма продала права на бренд We его же стартапу за 5,9 млн. долларов, но после поднявшегося скандала деньги за использование бренда We были возвращены.

Нойманн умеет зажигательно рассказывать об особой миссии компании и ее великом будущем. Многие его работники признавались New York Magazine, что, выбирая место работы, они купились на эти проповеди. Еженедельно они должны оставаться на работе на мероприятии под названием «Слава богу, сегодня понедельник». Сначала перед ними выступает Нойманн, а потом обычно угощают алкоголем. Как стало известно, после увольнения гендиректора руководители WeWork встречались с банкирами, чтобы обсудить снижение расходов. В том числе компания может уволить около пяти тысяч сотрудников, что составляет примерно треть штата, а также закрыть непрофильные направления вроде частной школы и курсов обучения программированию.

The Wall Street Journal опубликовала большой материал о Нойманне. Для этого издание пообщалось с несколькими бывшими и действующими сотрудниками компании, а также друзьями миллиардера. Вот факты, которыми они поделились с изданием:

Нойманн родился в Израиле и переехал в США, когда ему было 22 года. До WeWork он безуспешно пытался запустить несколько других бизнесов, в том числе по продаже складывающихся каблуков для женской обуви и детской одежды с наколенниками (чтобы младенцам было комфортнее ползать);

WeWork (сейчас называется The We Company) Нойманн основал в 2010 году вместе Мигелем Маккелви. Партнеры заметили большой спрос на офисную недвижимость после кризиса 2008 года;

В первые годы работы компании Нойманн любил закатывать шумные вечеринки в офисе. Алкоголь был частью корпоративной культуры WeWork. Нойманн говорил, что ему нравится, как алкоголь объединяет людей, и его любимая текила лилась рекой. Пить иногда начинали с самого утра, в ход порой шел напиток Don Julio 1942 по цене больше 110 долларов за бутылку;

Три собеседника WSJ утверждают, что Нойманн надеется жить вечно, и инвестировал в стартап Life Biosciences LLC, который занимается продлением жизни;

Нойманн говорил нескольким людям, что его цель – стать первым в мире триллионером – человеком с состоянием в 1 трлн. долларов;

Многие бывшие сотрудники сказали WSJ, что не всегда знали, насколько серьезно воспринимать заявления Нойманна. В начале работы он иногда предлагал, например, сделать бассейн в подвале штаб-квартиры или создать авиакомпанию;

Нойманн крайне амбициозен, талантливый рассказчик с магнетической индивидуальностью, который может вдохновлять и продавать, описывает его WSJ. Бывшие сотрудники и инвесторы рассказывают, что Нойманн мог за несколько минут убедить их в том, что компанию ждет яркое будущее;

До 2018 года компания организовывала «летний лагерь» - корпоратив под Лондоном. Алкоголь тек рекой, бармены раздавали бесплатно бутылки розового вина. Некоторые семинары касались духовных практик;

Нойманн раньше велел отделу персонала увольнять по 20 процентов сотрудников в год;

В июле 2018 года Нойманн объявил, что компания запрещает мясо, чем застал врасплох других руководителей. В итоге сошлись на том, что сотрудники могут есть мясо, если компания не будет за него платить;

Жена бизнесмена Ребека Нойманн – двоюродная сестра актрисы Гвинет Пэлтроу. У пары пятеро детей. Адам и Ребека Нойманн были недовольны существующими начальными и средними школами и создали свою – WeGrow, обучение в которой стоит 42 000 долларов в год;

У Нойманнов по меньшей мере пять домов. В том числе участок площадью 60 акров (24 га) к северу от Нью-Йорка;

Ребека занимает пост бренд-директора в We Company. Она оказывает большое влияние на мужа, решения они порой принимают вместе, рассказали WSJ бывшие коллеги Нойманна. Оба супруга могут быть весьма импульсивными. Как-то Ребека приказала уволить нескольких сотрудников после нескольких минут встречи с ними, говоря, что ей не нравится их энергетика. Она и Адам иногда отправляли сотрудников и IT-специалистов к себе домой, чтобы те разобрались с неполадками;

Пара пообещала передать 1 млрд. долларов на благотворительность в следующие десять лет;

Юрий Легков, НЭП. Фото: Роман Позен



Реклама


Партнёры

Загрузка…

Политика

Реклама

RSS Партнеры

Send this to a friend