Соблюдение законов ритуальной чистоты, пожалуй, одно из самых трудных требований, предъявляемых Торой к еврею. Ибо на первый взгляд это противоречит и природе, и самой психологии человека – ведь объявление женщины «запретной» делает ее особо притягательной, как и всякий запретный плод.

Считается, что именно в период ритуального отдаления «йецер ха­ра» – «злое, животное начало в человеке» – или даже сам Сатана­-искуситель подталкивает мужчину к близости с женой.

«Во времена Мордехая, – говорится по этому поводу в Талмуде, – Великое Собрание решило сгубить Искусителя, но смогло только ослепить его. Другие говорят, что они ему только один глаз ослепили, чтобы он не соблазнял их к запретному соитию».

Объясняя, что означает фраза о том, что «Искуситель ослеп только на один глаз», Раши пишет:

«К соитию с матерью или сестрой он не искушает, но с замужней женщиной или женщиной во время месячных – искушает вовсю».

Именно следование законам соблюдения ритуальной нечистоты становится, как показывают исследования, проведенные психологами – религиозными евреями, одним из самых главных испытаний для тех еврейских семей, которые решили перейти от светского образа жизни к религиозному. Сажая супругов на «сексуальную диету», они вызывают колоссальную психологическую ломку, нередко приводящую к усилению раздоров в семье.

Но в том-­то и заключается смысл этих законов, объясняли еврейские мудрецы, что они призваны как бы поднять человека над его животной природой, заставить его преодолеть эту природу. А когда они становятся такими же естественными, как дыхание, они уже не вызывают затруднений.

И это то, что позволяет отличить человека от животных. Великий Рамбам (Маймонид) сформулировал это отличие жестко и точно: «Ни один бык не берет корову в жены…»

Ибо если связь животных случайна и функциональна, то люди выбирают себе супругов и в состоянии радовать друг друга не только физической близостью.

В целом, подчеркивается во всей еврейской литературе, законы ритуальной чистоты призваны внести не разлад, а, напротив, гармонию в семью и помочь супругам сохранить влечение друг к другу до глубокой старости.

В «период отдаления», когда организм женщины обновляется, готовясь к восстановлению ее способности к зачатию, словно заново обновляются и отношения между супругами – они снова становятся «женихом» и «невестой». Им еще только предстоит оказаться в одной постели, и растущее сексуальное желание позволяет мужу обнаружить вновь красоту и привлекательность своей супруги, с которой его связывают многие годы брака. Ну, а ночь после возвращения женщины из миквы становится для них действительно подобием первой брачной ночи, и наслаждение во время нее бывает особенно острым.

Кроме того, добавляют те же источники, столь относительно длительный период воздержания, позволяет супругам еще больше сблизиться духовно и подготовить их к тому периоду жизни, когда значение сексуальных отношений отойдет даже не на второй, а на третий план – у них останется опыт жизни без этих отношений, им всегда будет о чем поговорить и что рассказать друг другу.

Вместе с тем еврейские духовные авторитеты прекрасно понимали тяжесть исполнения этих законов. Потому Галаха запрещает жене откладывать посещение миквы после того, как она отсчитала семь «чистых» дней, если ее муж вечером появится дома: воздержание и так дается ему нелегко, зачем же продлевать его без нужды?! Но и мужу запрещено уезжать из дома в тот день, когда жена должна окунуться в микву, он может сделать это только в том случае, если на то существуют уважительные причины.

Итак, еврейская чета в своей супружеской жизни следует древнему правилу и перемежает периоды наслаждения с периодами воздержания.

Комментируя это правило, Герман Вук в своей книге «Это Бог мой» замечает:

«Некоторые медицинские светила утверждают, что такое чередование периодов наслаждения и воздержания полезно для здоровья как мужа, так и жены. В одной книге о семейной жизни говорится даже, что такого рода отношения между супругами – это «единственный способ» сохранить в чистоте и первоначальной свежести любовь между людьми, состоящими в браке.

Трудно сказать, насколько справедливы все эти мнения, но такое самоподчинение всегда было характерной чертой брака людей иудейской веры…»

И напоследок еще об одной весьма любопытной гипотезе, связанной с запретом половых отношений во время месячных.

На эту гипотезу мы наткнулись в уже цитированной книге доктора Горена «Путь к здоровью и долголетию».

«Есть твердо установленные факты, когда увядали цветы, скисало молоко и портились некоторые продукты питания, если к ним прикасалась женщина во время менструации. Трудно объяснить эти факты, если исключить возможность того, что в менструальной крови содержится какой-­то пока неизвестный нам фактор, вызывающий описанные выше явления, и он может причинить ущерб и здоровью.

Работавший у меня садовником молдаванин (сам я – родом из Кишинева) утверждал: по испорченному вкусу вина в кувшине он всегда безошибочно определяет, что жена его пробовала из этого кувшина во время месячных. И за это он ее наказывал…

В санатории всемирно известного диетолога Герзона работали на кухне две девушки. Они занимались подготовкой свежих овощей и соков и раздачей их больным. Несколько раз одна из девушек заявляла, что весь приготовленный ею сок (50 литров!) прокис и не годен к употреблению. Причина этого ей неизвестна. Но вторая девушка, работавшая вместе с ней, заметила, что это происходило всегда в ту пору, когда у той были месячные. Когда ее отстранили от приготовления соков, порча их прекратилась.

Этот случай, произошедший в современном образцовом санатории, свидетельствует о том, о чем хорошо знали еще наши бабушки и о чем догадался простой молдаванский садовник – что есть какие­-то побочные явления от контакта с менструальной кровью.

…Во всяком случае мы, лечащие людей методами естественной терапии, полагаем, что наши предшественники были наделены не меньшей интуицией и способностью разбираться в некоторых природных явлениях, чем современные врачи. Трудно поверить, что установления, столь подробно, с педантичной точностью изложенные в «Шульхан арух», имеют в своей основе лишь "древние предрассудки"».

Нисколько не претендуя на серьезный научный труд, мы бы хотели привести одно соображение, изложенное в небольшой книге «Между мужем и женой». В 1983 году она была издана на иврите в Иерусалиме и представляла собой попытку научного обоснования различных правил повседневной жизни, кодифицированных в Торе и заповеданных евреям.

В частности, в этой брошюре в подтверждение верности запрета половых сношений во время месячных у женщины цитировался труд доктора А. Кастнера «Гинекология».

Речь в нем шла о том, что в выделениях половых органов женщины есть вещества, уничтожающие бактерии. Однако в период менструации эти вещества отсутствуют. Вместо них выделяются другие, не противостоящие микробам, а напротив – создающие для них питательную среду. Так как при менструации кровеносные сосуды в матке открыты, то они оказываются беззащитными перед любой инфекцией, которую могут передать и мужчине. Все возвращается в норму через десять­-двенадцать дней. Сама природа убрала на это время естественный противоинфекционный барьер. Поэтому разумно в период месячных воздерживаться от половых связей. Так полагает доктор Кастнер, вполне солидаризуясь с установками еврейских мудрецов о «ниде».

Отстаивают справедливость точки зрения Торы на нежелательность и даже опасность сексуальных контактов во время менструации и многие известные российские врачи. Так, известный российский акушер­-гинеколог доктор И. А. Выборнова пишет: «Половые контакты не рекомендуются во время менструации из-­за большего риска инфицирования и мужчины (например, менструальная кровь, попадая в уретру может вызвать у мужчины уретрит) и женщины (менструальная кровь является благодатной средой для быстрого размножения бактерий)».

Но ведь, повторим, три с половиной тысячи лет назад евреи не могли ничего знать ни о болезнетворных бактериях, ни об уретре, ни о других особенностях устройства мужского и женского организмов. И потому нам остается лишь еще раз поразиться мудрости законов еврейской Торы.

В то же время крупнейшие еврейские религиозные авторитеты на протяжении столетий, словно отвечая тем ученым и медикам, которые слишком увлекались поисками рационального смысла этих законов и нередко скатывались в своих гипотезах до спекуляций и утверждения первобытных суеверий, категорически отрицали попытки рационального объяснения законов ритуальной чистоты и особенно утверждения, что менструальная кровь обладает некими порочными свойствами.

В являющейся настольной во многих соблюдающих традиции евреев книге Элиягу Ки­-Това «Ты и твой дом» этот весьма популярный автор утверждает, что подобные утверждения унизительны для женщины и даже вредны, так как порождают ложные слухи и предрассудки. Он отмечает, что если бы менструальная кровь и женщина в период месячных и в самом деле были бы носителями неких опасных для физического здоровья других людей и окружающего человека мира свойств, то Тора потребовала бы совершенно изолировать ее на этот период от общества.

Однако такого требования не выдвигается. Более того – в этот период еврейская женщина, как обычно, ходит на работу, занимается готовкой и т. д., никто не запрещает ей в этот период приласкать детей (а ведь если бы она была бы в период месячных приравнена к «прокаженной», то ей было бы запрещено и это). Нет, все запреты касаются лишь ее взаимоотношений с мужем.

Следовательно, нет никаких оснований и утверждать, что «тум’а», ритуальная нечистота как-то проявляется на физическом уровне и должна вызывать брезгливое, презрительное или какое-­либо другое негативное отношение к женщине, находящейся в состоянии «нида».

«В чем же секрет действия закона о чистоте, приносящего жизнь народу малому и слабому? Почему тщательное соблюдение закона о чистоте семейной жизни приносит еврейским семьям, соблюдающим его, мир и счастье? Почему выделение крови делает тело нечистым, а другие выделения – нет? Для чего нужно отсчитывать семь чистых дней? Почему вода в микве очищает, а вода в ванной – нет? Почему омовение в микве должно быть одновременным окунанием в воду всего тела целиком, и даже один волосок, остающийся вне воды, делает его негодным? И зачем произносить благословение при окунании в микве?» – один за другим задает сам себе вопросы Элиягу Ки­-Тов в книге «Ты и твой дом».

И тут же предельно честно на них отвечает:

«Всего этого мы не знаем. Это – закон, данный Израилю. Закон, заложенный в Творение Творцом его. Так же, как свойство стремиться вверх присуще огню, свойство одно притягивать, а другое отталкивать, как законы, удерживающие земной шар в пространстве и звезды на их орбитах. И если мы не можем всего этого понять, разве мы будем отрицать все это?»

Таким образом, мы невольно возвращаемся к основному принципу еврейского отношения к заповедям Торы: евреи исполняют их не потому, что в них есть некий рациональный смысл, а исключительно потому, что они даны им Творцом Вселенной. При этом они убеждены, что ни одна из этих заповедей не может повредить здоровью человека. Напротив – все они направлены на его благо, ибо Творец, являющийся Отцом всего сущего, как всякий любящий Отец, просто не может ничем навредить своим детям.

Кому­-то этот взгляд покажется странным, кому­-то – диким, у кого-­то он вызовет усмешку.

Но так было и так есть, и ничего с этим не поделаешь.

РИТУАЛЬНОЕ ОЧИЩЕНИЕ ПОСЛЕ РОДОВ

Роды – процесс достаточно болезненный и, несомненно, сопровождающийся выделением большого количества крови. Потому роженица сразу же после родов считается «нидой» – запретной для мужа. Но это вовсе не означает, что муж не должен вместе со всеми членами семьи окружить ее максимальной заботой и вниманием – всемерная помощь женщине после родов является величайшей заповедью.

Сохранилось предание, по которому однажды ученики застали основателя хасидизма, величайшего мудреца и каббалиста Бааль Шем-­Това в Судный день… за варкой супа. Чтобы понять тот шок, который вызвало у них это зрелище, следует напомнить, что Судный день – это самый значимый день в еврейском календаре, день, когда, по Торе, Всевышний скрепляет печатью вынесенный Им в Новый год (Рош ха­-Шана) приговор каждому еврею. Это – последняя возможность изменить приговор Небес, и потому Судный день является днем абсолютного поста и молитвы, днем полного запрета на любую работу и, уж конечно, на зажигание огня и приготовление пищи. Даже в наши дни в Израиле законы Судного дня скрупулезно соблюдают свыше 90 процентов еврейского населения страны, то есть подавляющая часть еврейского народа. И только при особых обстоятельствах, какими являются приступ тяжелого заболевания или те же роды, Тора не только разрешает, но и предписывает нарушить законы Судного дня.

– Ребе, что ты делаешь? – удивленно спросили они.

Не видите – варю куриный бульон! – спокойно ответил он им.

В Судный день?!

Да, в Судный день. У моего соседа только что родила жена, и бульон – это лучшее, что может подкрепить ее силы. Ей сейчас нужно есть: она – вне Судного дня, и те, кто ей помогает, тоже.

Да, но почему это должен делать ты?! – закричали ученики. – В конце концов, у нее есть муж! А ты должен молиться!

Помощь роженице после родов – выше молитвы, тот, кто ее оказывает в Судный день, заслуживает большего благоволения Творца, чем тот, кто возносит ему самую страстную молитву. Разве я мог упустить возможность не выполнить столь важную заповедь?! – ответил Бааль­ Шем­-Тов.

Законы, которым должна следовать женщина после родов, довольно детально описаны в третьей книге Торы «Ваикра»:

«И говорил Бог, обращаясь к Моше, так: "Скажи сынам Израиля так: если женщина зачнет и родит сына, то нечиста она будет семь дней, как во дни отстранения ее по обычной болезни, будет она нечиста. А в день восьмой пусть обрежут крайнюю плоть его. И тридцать три дня должна очищаться от кровей своих, ни к чему не прикасаясь и в святилище не входя, пока не исполнятся дни очищения ее. Если же она родит девочку, то нечиста будет две недели, как во время своего отстранения, и шестьдесят шесть дней должна она очищаться от кровей своих. Когда же исполнятся дни очищения ее за сына или за дочь, пусть принесет годовалого ягненка во всесожжение и молодого голубя и горлицу в грехоочистительную жертву во входе в Шатер Откровения, к коэну"».

Итак, если даже у женщины сразу после родов прекратилось кровотечение, она не может уже на следующий день вступить в интимные отношения с мужем, а должна отсчитать семь «чистых» дней (то есть дней без всякого кровотечения) после рождения мальчика и четырнадцать дней после рождения девочки. И только после этого ей разрешено окунуться в микве и возобновить интимные отношения с мужем.

При этом во времена существования Храма женщина продолжала отсчет «чистых» дней, и на сороковой (семь «чистых» дней до окунания в микве и возобновления интимной жизни и еще тридцать три дня после этого) день после рождения мальчика и восьмидесятый (четырнадцать «чистых» дней до окунания в микве и возобновления интимных отношений с мужем плюс еще шестьдесят шесть дней) день после рождения девочки должна была принести благодарственные жертвоприношения в Храме.

В наши дни, когда Храм разрушен, все вроде бы упростилось, и «Шульхан арух» указывает, что если кровотечение у женщины прекратилось сразу после родов, то она тут же может начать отсчет «чистых» дней и уже через семь таких дней может возобновить интимные отношения с супругом в случае рождения мальчика. Если же у нее родилась девочка, то интимные отношения возобновляются через четырнадцать дней.

Раби Шимон Бар­ Йохай объясняет в Талмуде разницу между сроками возобновления интимной жизни при рождении девочки и мальчика следующим образом:

«Когда женщина рожает в муках, она клянется никогда больше не совокупляться с супругом. Но если родился мальчик и все рады, то она уже через семь дней сожалеет о своей клятве и приносит жертву за ее нарушение. А если родится девочка – через четырнадцать дней».

 Логика автора «Зоара» понятна: рождение сына всегда считалось в еврейской семье более желательным, чем рождение девочки. И в этом случае благодарный муж окружал жену большей теплотой и заботой, дарил ей более значительные подарки, и ее чувства к нему, а значит, и ее сексуальное желание пробуждались у нее раньше, чем в случае рождения девочки. Любопытно, что мнение раби Шимона Бар Йохая, жившего во II веке н. э., в 1998 году было подтверждено исследованием, проведенным соцработниками в родильном отделении одной из самых крупных израильских больниц «Шиба». Согласно данным этого исследования, 64 процента из более чем 500 опрошенных соцработниками женщин, рожавших первого ребенка, признались, что во время схваток от боли клялись, что больше никогда не будут рожать и, соответственно, будут избегать интимных отношений с мужем без использования противозачаточных средств (и это притом что израильские акушерки широко применяют при родах различные обезболивающие средства!).

Правда, согласно тому же исследованию, они осознавали всю нелепость этой своей «клятвы» даже не через семь дней, а гораздо раньше – зачастую сразу после родов.

В ходе того же исследования было, увы, опровергнуто и мнение некоторых раввинистических авторитетов, выступающих против чрезвычайно принятого в Израиле, почти обязательного присутствия мужа при родах жены. Выступая против этой введенной израильскими медиками и психологами новой национальной традиции, раввины утверждали, что она, во­-первых, противоречит требованиям скромности, а во­-вторых, может отвратить мужа от жены. Но 72 процента мужей в ходе этого исследования заявили, что присутствие при родах никак не сказалось на их сексуальном влечении к жене. Правда, свыше 40 процентов мужей перворожениц заявили, что у них был определенный период психологического кризиса, но он прошел почти так же быстро, как и «сожаления» их жен.

Что ж, раввинам иногда тоже свойственно ошибаться!

…Но разрешение вступать с мужем в интимные отношения уже через семь дней после рождения мальчика, как отмечает тот же «Шульхан арух», действует только теоретически. Напомним, что главным требованием для возобновления таких отношений, согласно тексту Торы, является именно полное прекращение кровотечения после родов. Тогда женщина обязана отсчитать еще семь совершенно «чистых» дней после рождения мальчика и четырнадцать совершенно «чистых» дней после рождения девочки.

Однако, как известно, в реальной жизни даже при самых нормальных родах кровотечение никогда не прекращается сразу же после них, а длится еще неделю, а то и дольше. И потому еврейка должна была дождаться полного прекращения кровотечения после родов – так, как она дожидается окончания месячных, и лишь после этого начинала отсчет семи «чистых» дней. То есть она становилась доступной для мужа примерно через месяц.

Некоторые историки и этнографы полагают, что на практике интимные отношения между мужем и женой уже в древней Иудее возобновлялись не раньше чем через сорок дней после родов – то есть после того, как женщина, родившая сына, приносила благодарственную жертву в Храме. Этот свой вывод они основывают на том, что во многих еврейских общинах и в Средневековье, и в Новое время женщина начинала отсчет «чистых» дней лишь на тридцать третий день после родов и шла в микву лишь на сороковой день – даже если кровотечение закончилось у нее несколько раньше. По мнению этих авторов, речь идет о пережитке, сохранившемся у евреев со времен Храма.

Любопытно, что этот обычай – воздерживаться от интимной жизни в течение сорока дней – сохранился и в наши дни в семьях многих советских евреев, давно уже отошедших от соблюдения каких­-либо заповедей иудаизма. При этом никто из них не мог толком объяснить, откуда взялся этот принцип воздержания и почему он должен длиться именно сорок дней – на вульгарном уровне это объясняли и объясняют тем, что «именно в течение сорока дней у женщины полностью затягиваются все родовые раны». Еврейские мамы и бабушки упорно продолжают следовать этому суеверию и требуют, чтобы их дочь или внучка, недавно родившая ребенка, в течение сорока дней спала отдельно от мужа. Когда же раввины пытаются разъяснить им, что в этом нет никакой необходимости и сроки отдаления определяются исключительно тем, когда у роженицы закончилось кровотечение, эти женщины презрительно фыркают: «Разве раввины что-­нибудь понимают в современной медицине?!»

Законы Торы, касающиеся возобновления интимной жизни после родов, по мнению еврейских мудрецов, распространяются и на женщину, у которой случился выкидыш. А так как определить пол выкидыша в ряде случаев затруднительно, то после него женщина должна вести себя как после рождения девочки – то есть отсчитать после окончания кровотечения четырнадцать «чистых» дней и лишь после этого направиться в микву.

В заключение стоит отметить, что законы Торы о ритуальном очищении женщины после родов на протяжении многих веков служили предметом злословия для антисемитов и резкой критики со стороны противников иудаизма. Последние не раз отмечали, что само требование Торы о том, что срок очищения женщины после рождения девочки вдвое длиннее, чем после рождения мальчика, свидетельствует о том, что иудаизм относится к женщине как к более низшему и «грязному» существу, после которого и очищаться следует дольше.

«Действительно, – отмечается в издании Торы, подготовленном знаменитым еврейским издательством «Сончино» и содержащем в себе наиболее авторитетные комментарии, – трудно привести какое-­либо рациональное объяснение, почему срок ритуальной нечистоты удваивается в случае рождения девочки. Но поскольку процедура очищения от ритуальной нечистоты после рождения девочки точно такая же, как и после рождения мальчика, невозможно утверждать, что женщина считается сама по себе более нечистой, чем мужчина».

Одна из читательниц первого издания этой книги выдвинула предположение, что двойной срок очищения при рождении девочки, возможно, связан с тем, что женщина очищается как бы и за себя, и за новорожденную дочь.

О РАЦИОНАЛЬНОСТИ ИРРАЦИОНАЛЬНОГО

На протяжении тысячелетий еврейские законы супружеской жизни, как и само понятие «тум’ы», «ритуальной нечистоты» у евреев, подвергались насмешкам и резкой критике со стороны представителей других народов.

Несмотря на то что, как уже было сказано, христианство восприняло окунание в микве в форме обряда крещения, христианские схоласты не раз метали громы и молнии по поводу этих законов. Они утверждали, что «подлинное очищение возможно только во Христе», в купели крещения, что без него очиститься невозможно, а после него никакого дополнительного очищения не нужно.

В Новое время к этому хору присоединились философы, врачи и этнографы, каждый из которых по-­своему пытался обосновать бессмысленность и даже опасность для здоровья женщины погружения в микву. Причем далеко не все из противников миквы были закоренелыми антисемитами.

К примеру, значительная часть блестящей книги Дж. Фрезера «Золотая ветвь» посвящена доказательству того, что еврейские законы ритуальной нечистоты – прямое следствие мистического страха первобытного человека перед менструальной кровью, который наблюдался у многих народов древности и который и сегодня очень распространен среди народов, стоящих на низкой ступени развития.

Ряд французских, английских и, конечно же, советских специалистов в области личной и общественной гигиены, не отрицая правильности воздержания от половых контактов непосредственно во время месячных (так как в этот период, по их мнению, половой акт может привести к проникновению во влагалище различных бактерий и различным видам его воспалений), выражали недоумение по поводу того, что следует еще целую неделю воздерживаться после него. В самой же микве они, как уже было сказано выше, видели источник распространения грибковых и прочих заболеваний даже в том случае, если миква была выстроена по последнему слову техники и блистала чистотой.

Яростные борцы с религией вообще и с иудаизмом в частности в своей критике этих законов основной упор делали на то, что они не поддаются никакому рациональному объяснению, и потому современному образованному человеку должно быть попросту стыдно их придерживаться. Кроме того, они обращали внимание на то, что эти законы унижают честь и достоинство женщины, а значит, противоречат святому принципу равенства полов.

Лишь последнее обвинение находило более или менее достойный ответ со стороны раввинов: они указывали, что период сексуального воздержания не только не унижает женщину, но и, напротив, свидетельствует об уважении к ней, к тому, что в эти дни она может себя неважно чувствовать, не испытывать сексуального влечения и т. д. Но на все остальные претензии они, как и рав Элиягу Ки­-Тов, цитировавшийся в предыдущей главе, отвечали лишь, что заповеди Творца непознаваемы, иррациональны и должны соблюдаться только потому, что Он заповедовал их евреям.

Казалось, религиозные евреи безнадежно проигрывают в этом споре и ничто не в состоянии переубедить мир и, прежде всего, их светских соплеменников в необходимости и полезности всех этих «средневековых пережитков».

Но в 1960–1970­-е годы, то есть на самом пике сексуальной революции, ситуация вдруг резко изменилась. Все началось со статистического исследования американских врачей, посвященного распространенности рака шейки матки у женщин. Статистика свидетельствовала о том, что в 1900–1910 годы среди еврейских женщин это заболевание встречалось в двадцать раз реже, чем среди неевреек. Напомним, что именно в те годы американские еврейские общины пополнились десятками тысяч евреев­-эмигрантов из Восточной Европы, строго соблюдавшими все законы Торы.

Но в 1918 году эта болезнь встречалась среди евреек уже не в двадцать, а лишь в семь с половиной раз реже, чем у остальных женщин США. В 1948 году эта цифра упала до пяти.

Вывод напрашивался сам собой: еврейские законы ритуальной чистоты препятствуют возникновению рака шейки матки, и в тот момент, когда еврейки начали отказываться от их соблюдения, в их среде резко возросло число случаев этого заболевания. И как тут не вспомнить мрачные слова трактата «Брахот» («Благословления»), приписываемые матери пророка Шмуэля Хане, о том, что «одна из причин преждевременной смерти женщины – несоблюдение ею предписаний чистоты интимной жизни»?!

Еще одним подтверждением глубокого смысла, который несут в себе еврейские законы, стало открытие в 1956 году чешским психиатром Евгением Ионасом цикличной природы сексуального влечения женщины.

Все началось с того, что Евгений Ионас заинтересовался тем фактом, что многие из его пациенток испытывают усиление полового влечения примерно через каждые тридцать дней. Исследование этого феномена завело его в дебри астрологии, и в медицинских кругах Чехии поползли слухи, что у молодого психиатра «не все дома» и его пора превратить из врача в пациента. Чтобы спастись от госпитализации в психиатрическую клинику, Ионасу пришлось уехать в соседнюю Венгрию и там заручиться медицинским свидетельством о своей нормальности.

А вскоре после этого появилась его сенсационная статья, в которой он на основе многочисленных наблюдений за жизнью своих пациентов утверждал, что жизненные процессы в женской половой сфере во многом зависят от движения Луны – в частности, что вероятность для женщины забеременеть резко увеличивается в тот день, когда Луна находится в той же фазе, что и в день, когда эта женщина родилась.

Вскоре Ионас был назначен заведующим исследовательским центром планирования семьи в городе Нитре. Центр снабжал своих клиенток космограммами, которые указывали, в какие дни вероятность забеременеть максимальна, а в какие они вообще не могут забеременеть. Точность предсказаний Ионаса достигала 98 процентов.

Но доктор Евгений Ионас на этом не успокоился. Пользуясь астрологическими расчетами и точными данными о времени зачатия, которые сообщала ему большая группа друзей­гинекологов, Ионас сумел разработать астрологический (или астрономический – это уж как кому больше нравится) метод предсказания пола ребенка, точность которого приближалась к 100 процентам. Когда он сделал соответствующие вычисления для 8000 жительниц Братиславы, желавших иметь мальчиков, 95 процентов из них действительно родили сыновей.

Это открытие доктора Ионаса, по сути дела, подтвердило верность требований Торы о том, что сексуальная жизнь каждой семьи должна подчиняться определенному циклу.

И отношение к законам о ритуальной чистоте начало меняться: теперь даже их критики вынуждены были признать, что в них, несомненно, все­-таки имеется и рациональный смысл. Но потому что смысл этот был недоступен сознанию древних евреев, Моисей дал эти законы в виде априорных заповедей. Правда, это никак не объясняло вопрос о том, откуда этот смысл был известен самому Моисею, большую часть жизни занимавшемуся пастушеством, но это уже никого не волновало.

Вскоре появились новые работы сексологов, свидетельствующие о том, что эти законы, с одной стороны, и в самом деле учитывают природу женской сексуальности и физиологии, а с другой – служат укреплению семьи и сохранению свежести чувств между супругами.

Вот что по этому поводу писала докто­р Мария Стопес, одна из крупнейших сексологов XX столетия (и, кстати, первая женщина – член Королевского общества Великобритании):

«Я изучила все системы, литературные источники и законы, имеющие дело с супружеской любовью. И я нашла лишь один закон, охраняющий физическое и духовное благополучие молодой женщины, – еврейский закон двенадцати дней».

Впрочем, как уже говорилось, с точки зрения религиозных евреев все эти открытия, подтверждающие «полезность» заповедей Торы, не имеют смысла: они убеждены, что заповеди Торы полезны по определению, так как Бог просто не мог заповедать чего­-то, что было бы вредно для человека. Убеждены они и в том, что подлинный смысл всех заповедей человеку постичь не дано, и их нужно прежде всего исполнять, а уже затем пытаться понять.

И потому что бы ни произошло, какие бы веяния ни одерживали победу в общественном мнении, какое бы время ни стояло бы на дворе, раз в месяц в жизни каждой еврейской семьи наступает особый вечер – вечер, когда хранительница семейного очага отправляется в микву. Вечер, за которым последует заповедная ночь.

Любопытно отметить, что в современном Израиле сегодня наблюдается массовое возвращение к исполнению законов чистоты, и в начале XXI века количество действующих микв резко возросло. Их стали строить даже в кибуцах, созданных в свое время на основе коммунистической идеологии. Вместе с тем миквы стали причиной раздора, так как многие израильтянки заявили, что они не хотят, чтобы во время их окунания в микву присутствовал кто-либо посторонний, включая «хозяйку миквы», и чтобы им указывали, как именно надо окунаться. Это вызвало резкое сопротивление ультраортодоксальных раввинов, заявивших, что миква – это не плавательный бассейн, а ритуальное окунание – не обычное купание, и потому все женщины должны подчиняться освященным веками правилам.

Но нашлись и ортодоксальные раввины, которые считают, что, если светская еврейка пришла в микву и решила в какой-то степени соблюдать законы семейной чистоты, это уже хорошо. Ведь от того, будут дети зачаты в ритуальной чистоте или нечистоте, во многом, с точки зрения иудаизма, зависит то, каким будет следующее поколение еврейского народа.

Вместе с тем отметим, что раввины резко выступают против того, чтобы женщины, живущие с мужчинами вне брака, ходили в микву – по их мнению, нельзя соблюдать чистоту сексуальной жизни, когда в самом характере отношений между мужчиной и женщиной есть что-то нечистое.

Впрочем, и это мнение оспаривается. То есть большинство раввинов сходится на том, что женщина, живущая с мужчиной, имеющим семью, вряд ли заслуживает одобрения, даже если она посещает микву и спит с любовником только в «чистые» дни. Но вот если речь идет о молодой паре, живущей долгое время вместе, но все еще не оформившей отношения, то тут появляется повод для споров.

Марк Котлярский, Петр Люкимсон. Фото: Avi Ohayon. GPO. √ Продолжение следует

Предыдущие главы книги «Все евреи делают это» об иудейских традициях семейной и интимной жизни читайте здесь

 

Метки:


Читайте также