Турецкая фантазия: сменит ли Европа российский газ на ближневосточный?

Тот, кто думал, что встреча между президентом Израиля Ицхаком Герцогом и его турецким коллегой Реджепом Эрдоганом будет посвящена исключительно обмену любезностями и славословию в связи с открытием «новой страницы» в отношениях между двумя странами, ошибался. Разразившаяся две недели назад война в Украине стала одной из главных тем состоявшихся переговоров.

В эти дни Турция и Израиль балансируют на канате, который в любую минуту может превратиться в веревку, затянувшуюся на их шее. Обе страны крайне заинтересованы в сохранении хороших отношений с Россией и в еще большей степени – с Европой и США. Турция опередила Израиль, самостоятельно осудив российское вторжение в Украину, в то время как Иерусалим дожидался голосования на Генеральной Ассамблее ООН, чтобы присоединиться к подавляющему большинству. При этом Эрдоган избрал ту же тактику, что и премьер Нафтали Беннет: он избегает однозначного выступления на той или иной стороне. И Израиль, и Турция предлагают свои услуги в качестве «беспристрастного посредника», как бы сохраняя нейтралитет.

И Беннет, и Эрдоган поддерживают тесные контакты с Владимиром Путиным: Беннет совершил «тайную» поездку в Москву, а до этого Эрдоган побывал в Киеве, но пока что их дипломатические усилия никаких результатов не принесли. 10 марта в Анталье состоялась встреча министров иностранных дел Украины, России и Турции. Но Путин, кажется, прошел точку невозврата и уже не может вывести войска из Украины и отказаться от своих максималистских требований. Владимир Зеленский в свою очередь демонстрирует готовность сражаться до последнего патрона.

Обоюдоострый меч для Турции

Экономический форум в Анталье, на полях которого проходит встреча между главами российского и украинского МИДов, Турция хотела превратить в витрину своих возможностей. Страна, переживающая острый экономический кризис, всячески пытается выбраться из него. Турция стремится стать важным перекрестком на пути транспортировки нефти и газа в Европу, привлечь к себе новые инвестиции и вернуть международное доверие к Эрдогану, сильно пошатнувшееся в течение последних двух лет.

Президент Турции находится у власти уже два десятилетия. Он может похвастаться тем, что в 2021 году темп экономического роста в его стране достиг 11 процентов, что является своеобразным рекордом. Подобные показатели отмечали в Турции только в первые годы правления Эрдогана. Богатые месторождения природного газа, обнаруженные в Черном море, представляют, с его точки зрения, несомненный интерес для инвесторов – учитывая резкий скачок цен на голубое топливо во всем мире. Турция заинтересована в союзнических отношениях с такими ближневосточными странами, как Египет, Саудовская Аравия, ОАЭ и Израиль, – она тоже хочет служить своеобразным мостом между Западом и Востоком, извлекая при этом дивиденды из осуждения российского вторжения в Украину.

Но война в Украине – это обоюдоострый меч для Турции. С одной стороны, она продолжает закупать российские нефть и газ, что обеспечивает 53 процента ее потребностей в голубом топливе. С другой стороны, Турция поставляет Украине боевые беспилотники и даже подписала контракт о строительстве предприятия по производству БПЛА на украинской территории. Россия и Украина являются главными источниками туризма в Турции – ежегодно эту страну посещают 4 миллиона российских и 2 миллиона украинских туристов. Это четверть всех туристов, побывавших в Турции в прошлом году. Турецкие туристические агенты надеялись, что в нынешнем году число гостей из России удвоится, а из Украины – возрастет на 25 процентов. Если Турция встанет на ту или иную сторону, ее экономика может сильно пострадать – доходы от туризма составляют 10 процентов ее ВВП. Но помимо сиюминутного убытка, уже понесенного Анкарой вследствие войны в Украине, российское вторжение заставляет Турцию пересмотреть всю свою политическую стратегию.

Турция и страны Европы не должны были следовать примеру США, отказавшихся от закупки российских нефти и газа. Однако Вашингтон отделяет импорт сырья для обеспечения внутренних потребностей от попыток России закрепиться в качестве основного поставщика газа в Европу. Так, например, угроза США ввести санкции против газопровода «Турецкий поток – 2» остается в силе. Его эксплуатация наряду с газопроводом «Турецкий поток – 1» должна была принести Анкаре сотни миллионов долларов в год. В мае прошлого года Байден отложил введение санкций в надежде на дипломатический успех на российском направлении. Сейчас становится очевидным, что эта надежда не оправдалось. Это означает, что санкции против газопровода могут быть приведены в действие. США дают понять, что не только Европа, но и Турция должна искать альтернативу российскому газу.

Средиземноморское минное поле

Разработка газовых месторождений в Средиземном море – предмет разногласий между Турцией и Европейским союзом. ЕС утверждает, что Турция ведет соответствующие работы в зоне исключительных экономических интересов Кипра и Греции. Пока Анкара игнорирует эти протесты, утверждая, что разграничение средиземноморской акватории изобилует ошибками. Однако, учитывая возражения ЕС и США, спорные месторождения вряд ли смогут заменить Турции импорт российского газа.

Еще одной возможностью для Турции является присоединение в Восточно-Средиземноморскому газовому форуму. Эта организация была создана в 2009 году, и в ее состав входят Египет, Иордания, Италия, Палестинская автономия, Греция, Кипр, Франция, ОАЭ и Израиль. Но целью ее создания было как раз воспрепятствование турецким амбициям в Средиземном море. Турция, подписав соглашение о разграничении морских зон с Ливией, создала положение, при котором Египет был вынужден заручаться турецким согласием на перекачку своего газа по средиземноморскому дну в Европу.

Турция пыталась уговорить Израиль поставлять газ в Европу через свою территорию, но Иерусалим, верный своим обязательствам перед Восточно-Средиземноморским форумом, отклонил соответствующие обращения Анкары. Заново налаживая отношения с Египтом, ОАЭ, Саудовской Аравией и Израилем, Турция пытается изменить свой статус соперника на статус дружественного государства.

Однако использование Турции для транзита израильского и египетского газа в Европу, логичное с экономической точки зрения, может столкнуться с многочисленными политическими препятствиями. Это минное поле будет сложно нейтрализовать. Перед возобновлением отношений с Турцией Египет требует, чтобы Анкара однозначно отказалась от поддержки «Мусульманских братьев» и выдала лидеров этой организации, находящихся на турецкой территории. Израиль пристально следит за развитием египетско-турецких отношений, пытаясь определить свою позицию по вопросу о транзите своего газа через Турцию.

Это минное поле наглядно демонстрирует, насколько далеко полное освобождение Европы от зависимости от российского газа. Однако оно не является чем-то невозможным. Война в Европе может привести к образованию новой европейско-ближневосточной коалиции, основанной на необходимости решения газовой проблемы. Но для того чтобы это случилось, нужно запастись терпением.

Цви Барэль, TheMarker, Д.Л. Фото: Pixabay √

Метки:


Читайте также