Судьба израильской и мировой экономики зависит не от Путина

Среди всех мрачных прогнозов, сделанных на этой неделе Международным валютным фондом в его последнем глобальном обновлении, неудивительно, что предупреждение его главного экономиста Пьера-Оливье Гуринша о будущем глобализации осталось без внимания.

В качестве своеобразного дополнения ко всем экономическим бедам, вызванным вторжением России в Украину и санкциями, введенными Западом в ответ, в блоге, сопровождающем официальный отчет, Гуринша сказал следующее:

«Война также повышает риск более постоянной фрагментации мировой экономики на геополитические блоки с различными технологическими стандартами, трансграничными платежными системами и резервными валютами. Такой тектонический сдвиг приведет к долгосрочным потерям эффективности, усилит волатильность и станет серьезным вызовом для основанных на правилах рамок, которые регулировали международные и экономические отношения в течение последних 75 лет».

Другими словами, сказал он, война не просто оказывает немедленное воздействие на мировую экономику, она представляет собой фундаментальный вызов тому, как она работает. И не только экономике, но и всем другим элементам глобализации, таким как свободный поток информации и людей, а также соблюдение таких норм, как права человека и что-то напоминающее международное верховенство закона.

Когда в доме полыхает пожар, понятно, что его жители не думают о том, где они будут устраивать званый ужин на следующей неделе. У нас и так сейчас хватает проблем, не так ли? Но крах глобализации довольно быстро создаст огромные проблемы, особенно для нас в Израиле.

Глобализация под ударом

Задолго до того, как в конце февраля Владимир Путин отдал приказ российским войскам пересечь границу Украины, глобализация была под огнем. Она никогда не была популярна среди людей, находящихся на дальних концах политического спектра. Левым казалось, что она грубо попирает права простых рабочих и дает слишком много власти и прибыли транснациональным корпорациям. Для правых, к которым можно отнести и Путина, она была оскорблением национального суверенитета.

Популистская политика, ставшая мейнстримом на Западе, проявившаяся, например, в избрании Дональда Трампа в 2016 году и в Brexit в 2020 году, стала первым серьезным ударом по глобализации. Пандемия коронавируса еще больше подорвала ее, показав, насколько ненадежными могут быть глобальные цепочки поставок во время кризиса и насколько сильным может быть национальное соперничество, как это проявилось в борьбе за вакцины. Система едва успела восстановиться, как война в Украине нанесла еще один удар по свободному товарообороту.

Столкнувшись с выбором – остаться частью мировой экономики или подвергнуться санкциям как цене за восстановление статуса сверхдержавы и национального величия России, Путин выбрал последнее.

Для тех из нас на Западе, кто получил экономическую выгоду от глобализации, это решение должно показаться глупым. Россия рискует потерять статус мировой энергетической державы (это ее единственный экономический актив) и отбрасывает все шансы на развитие процветающей высокотехнологичной экономики, пригодной для XXI века. И ради чего? Никакой экономической выгоды не будет, даже если Москве вопреки всему удастся сохранить контроль над всей или частью Украины.

Если Путин не будет свергнут, а последний российский солдат не вернется домой, санкции, скорее всего, останутся в силе еще долгое время. Европа теперь будет делать все возможное, чтобы не зависеть от поставок российских энергоносителей. Россия вычеркивается из игры глобализации.

Выход России из мировой экономики сам по себе не представляет фундаментальной угрозы для остальной планеты. С самого начала Россия была в лучшем случае маргинальным и нежелательным партнером, на ее долю приходилось менее 2 процентов всей мировой торговли, и она привлекала мало иностранных инвестиций. Она также не является первой страной, заблокированной в глобализации. Иран, Северная Корея, Венесуэла и совсем недавно присоединившийся к ним Афганистан не являются частью системы, но глобализация выжила и процветает. После того как она приспособится к потере российской нефти и газа, глобализация сможет пережить и выход России.

Реальная угроза для глобализации исходит от Пекина. Китай – крупный игрок в глобализированной экономике и извлекает из нее огромную выгоду. На его долю приходится не только более десятой части всей мировой торговли, он еще и хитроумно вплетен в глобальные цепочки поставок. Он не только продает нефть и газ.

Отказ Китая от участия в глобальной экономике повлек бы за собой огромные издержки как для него самого, так и для остального мира. Тем не менее его лидер Си Цзиньпин подает именно такие сигналы.

Похоже, что, с одной стороны, Си не хочет жертвовать своими экономическими выгодами. С другой – он хочет отбросить те части, которые ему не нравятся, такие как свободный поток информации и идей и соблюдение верховенства международного права, если они не отвечают интересам Китая.

Если не считать всего остального, он хотел бы положить конец контролю, который Соединенные Штаты и их западные союзники осуществляют над глобальной системой, и предоставить Китаю и другим автократиям-единомышленникам большее право голоса. Поэтому, несмотря на то что война Путина подрывает экономическую стабильность, которую Си так высоко ценит, он не может заставить себя выступить против нее.

Израиль – такая же часть феномена глобализации, как и Китай, и мы получили почти такую же выгоду. Международная торговля (и доля Китая растет) составляет большую часть нашей экономики, как и иностранные инвестиции, которые в 2020 году составили внушительные 6 процентов валового внутреннего продукта. Израильский сектор высоких технологий, двигатель экономического роста, испарился бы в одно мгновение, если бы не имел беспрепятственного доступа к международным рынкам и иностранному капиталу.

Израильтяне следят за заголовками газет о войне в Украине, но мы должны уделять не меньше внимания тому, что говорит и делает Си, потому что в экономическом плане наша судьба больше связана с Китаем, чем с Россией или Украиной. Жесткие разговоры, исходящие из Пекина о принадлежности Тайваня, должны вызывать у нас больший озноб, чем ядерные угрозы Путина.

Я сохраняю оптимизм, что Си не убьет курицу, снесшую Китаю золотое яйцо; от краха глобализации Пекин может потерять гораздо больше, чем когда-либо теряла Россия. Но, опять же, Путин не обладает монополией на звание самого глупого мирового лидера.

Дэвид Розенберг, «ХаАрец». Фото: Pixabay √

Метки:


Читайте также