Почему при прямой продаже овощей и фруктов фермерами цены намного выше?

Как это ни странно, когда дело доходит до овощей, пропуск звена в цепочке поставок не обязательно снижает цену. Проведенное нами сравнение цен в супермаркетах и на сайтах прямых продаж обнаруживает, что фермеры требуют за свою продукцию чуть ли не вдвое больше, чем торговые сети.

В ходе проверки сравнивали цены на различные овощи и фрукты на сайтах «Шукбук» и «Ной ха-саде», продающих продукцию напрямую от фермера потребителям и утверждающих, что цены устанавливают сами фермеры, с ценами на те же овощи и фрукты в сетях «Рами Леви» и «Шуферсаль».

Вот только несколько примеров. В «Рами Леви» помидоры стоят 4,9 шекеля за килограмм, а в «Ной ха-саде» цена вдвое выше – 9,9 шекеля. Огурцы? То же самое – 5,9 и 11,9 шекеля. И в «Шуферсале» огурцы тоже дешевле, чем на фермерских сайтах – 6,9 шекеля. В обеих сетях дешевле, почти на четверть, и репчатый лук, и лимоны.

Комиссия, которая занималась оценкой доходов каждого звена в цепочке поставок на прилавок овощей и фруктов, выявила, что 60% конечной, потребительской, цены достаются фермеру, 25% – торговле и 15% – посредникам. Но ответа на вопрос о прибыльности комиссия не дала.

«Комиссия говорила о выручке, и это никак не связано с конечной прибылью, – говорит Авшалом Вилан, возглавляющий Национальную ассоциацию фермеров. – Если фермер получает 6 шекелей из 10, какова его прибыль? Неизвестно. Этого никто не проверял. А прибыль эта очень мала, и многие фермеры в конечном счете несут убытки. Расчеты комиссии – интеллектуальное мошенничество».

80% – фермеру, 20% – продавцу

На сайтах прямых продаж, объясняя разницу в ценах, упирают на свежесть, на более высокое качество и на более «честное» распределение доходов между ними и фермерами. Авшалом Вилан добавляет, что прямые продажи – малая и не показательная ниша и что на долю прямых продаж приходится едва ли 3-4% рынка.

«Я – фермер в третьем поколении и сама выращиваю клубнику, – говорит Ной Адас, владелица сети «Ной ха-саде», которая насчитывает 11 филиалов. – Много лет назад я решила изменить эту сферу деятельности и предоставить место тем, кто заинтересован в непосредственной связи с фермерами и ищет не только качественную продукцию, но и достойную модель работы с производителями. Я получаю продукцию наивысшего качества, которую вы не найдете в супермаркете. Все собрано сегодня и уже завтра будет вам доставлено. Кроме того, я сразу плачу фермерам, а не через три месяца, как торговые сети. Моя доля – 20%, фермера – 80%».

Адас добавляет, что в ее клубе постоянных покупателей десятки тысяч человек и что в аутлете, который она открыла в Петах-Тикве, можно найти овощи и фрукты по более низким ценам, чем в торговых сетях, например помидоры за 2,9 шекеля и коробку клубники за 7,5 шекеля.

Эяль Яакоби, владелец и гендиректор «Шукбук», утверждает, что именно фермер определяет, сколько он получит за свою продукцию. Что же касается ценового разрыва в пользу торговых сетей, то Яакоби заявляет: «Наши клиенты – это люди, которым небезразлично то, что они получают. Они хотят знать, кто стоит за покупаемыми ими овощами и фруктами. Сети практикуют продажу в убыток какого-то товара, чтобы привлечь покупателей в свои магазины и продать им другие товары по высокой цене. Мы такими спекуляциями не занимаемся».

Рами Леви возмущен намеками владельцев сайтов прямых продаж: «Пусть не рассказывают сказки о лучшем качестве. Я покупаю у израильских фермеров, и, только когда цены взмывают до неба, переключаюсь на импорт. Моя цель – сделать так, чтобы посетители смогли купить самое дешевое».

Что касается прибыли, то, по словам Рами Леви, нет никаких оснований утверждать, что торговые сети наживаются на фермерах: «Наша конечная прибыль известна. Мы – публичная компания, и наши отчеты общедоступны. После расходов у нас остается в среднем 2,8-3%».

Адар Кане, TheMarker. Фото: Pixabay √

Метки:


Читайте также