Может ли Израиль выселить арабов из Газы?

Желание избавить Газу не только от террористов ХАМАСа и «Исламского джихада, но и от арабов в целом, а заодно восстановить, хотя бы частично, Гуш Катиф, вернув в сектор еврейские поселения не покидает часть израильского общества. Часть тех, кто выступает за подобное развитие событий, попросту не знают международных законов, а другим кажется, что их можно игнорировать безнаказанно. Однако если сейчас обвинениями нашей страны в «геноциде» и «оккупации» очевидно лживы, то такая депортация обеспечила бы полную легитимацию противникам Израиля, а давление мирового сообщества, – в том числе и дружественных стран, - возросло бы многократно.

Опыт Потсдамской конференции

Профессор Яков Файтельсон – человек весьма заслуженный. Отказник, в прошлом мэр Ариэля и член совета директоров «Хеврат хашмаль», он предложил экстраполировать на сектор Газа решения Потсдамской конференции 1945 года. Тогда, сразу после победы над гитлеровской Германией, союзники решили депортировать этнических немцев с территорий Чехии, Словакии, Польши и Венгрии - в Германию.

«Западные союзники видели потенциальную опасность немецкой «пятой колоны», особенно в Польше, после согласованного присоединения к ней бывших немецких территорий. В целом западные союзники надеялись обеспечить более прочный мир, изгнав немецкие меньшинства, что, по их мнению, можно было сделать гуманным способом. Предложения польского и чешского правительств в изгнании о депортации этнических немцев после войны получили поддержку Уинстона Черчилля и Энтони Идена.


Из Польши было депортировано около 7 миллионов немцев, из Чехословакии – около 3,5 миллионов немцев. Из Венгрии было депортировано 303 тыс. немцев.

В 1939 году в Восточной Пруссии проживало 2,49 миллиона немцев. Ее территорию поделили Россия, Польша и Литва. После войны лишь около 2000 немцев остались в литовской части вокруг портового города Клайпеды.

Около 500 тысяч немцев покинули территорию Югославии. До начала войны в Румынии проживало около 786 тысяч немцев, в 2002 году их было лишь около 60 тысяч. В конце Второй мировой войны правительство Нидерландов приняло решение депортировать 25 тысяч немцев, проживавших в Нидерландах.

Необходимо напомнить всем членам ООН и особенно лидерам США и Европы, как эти страны решили проблему нацистского меньшинства на своей территории и тем самым гарантировали безопасность и мирную жизнь для всех будущих поколений своих граждан.

И то, что было правильно, законно и допустимо для этих стран, допустимо, законно и правильно сделать для решения угрозы Израилю со стороны маленького ИГИЛ – исламского и нацистского квазигосударства в секторе Газа», - пишет Яков Файтельсон. По его мнению, то, как поступили с немцами, можно применить и к арабам, три четверти века спустя.

Времена изменились

Оставим в стороне моральные аспекты подобного решения – сегодня оно невозможно по другой причине. Решения и действия, на который указывает автор, были осуществлены до 12 августа 1949 года, когда страны мира приняли и ратифицировали 4-ю Женевскую конвенцию. Где в статье 49 сказано прямо:

  • Воспрещаются по каким бы то ни было мотивам угон, а также депортирование покровительствуемых лиц из оккупированной территории на территорию оккупирующей державы или на территорию любого другого государства независимо от того, оккупированы они или нет. Однако оккупирующая держава сможет произвести полную или частичную эвакуацию какого-либо определенного оккупированного района, если этого требует безопасность населения или особо веские соображения военного характера. При таких эвакуациях покровительствуемые лица могут быть перемещены только в глубь оккупированной территории, за исключением случаев, когда это практически невозможно.

К практикам насильственной депортации Израиль прибегал до принятия Конвенции – на заре становления государства и в ходе Войны за независимость, когда выселялись города и деревни.

- Существует общая обязанность любой воюющей стороны избегать ненужных потерь среди мирного населения. Соответственно, разрешено перемещать население, чтобы уберечь его от последствий военных действий. Более того, в определенных ситуациях это обязанность воюющей стороны – предупредить, потребовать покинуть занимаемую территорию, и убедиться, что люди ушли, - говорит «Деталям» адвокат Алекс Шмерлинг. Но отмечает, что некоторые законы ведения войны могут трактоваться по-разному.

- При ударах нужно избегать потерь мирного населения, но допускается, что оно может пострадать - однако этот ущерб должен считаться пропорциональным той военной задаче, которая перед нами стоит. Тут нет жестких критериев и очень сложно ввести количественные параметры, каждый раз оценка субъективна: если надо ликвидировать серьезного бандита, от которого исходит большая опасность, приемлемо заодно «зацепить» еще пятерых человек. А вот рядового боевика убить в школе, где сидят еще сто детей – конечно, нельзя.

Газа-Хан-Юнис-палаточный-лагерь-хамас
Палаточный лагерь в Хан-Юнисе, Газа. AP Photo/Fatima Shbair

Отсюда и истекает обязанность предупредить население, потребовать от него покинуть место боя. Но как только истечет военная необходимость, им должна быть предоставлена возможность вернуться обратно. Вывод людей по гуманитарным коридорам не считается депортацией. Их не выселяют за пределы [страны], это временная мера. И до тех пор, пока такое перемещение является временным, это не депортация – которая навсегда

- А если возвращаться некуда? Дома разрушены, на месте боев могут остаться невзорвавшиеся снаряды, мины, ядовитые вещества?

- Значит, возможности вернуться пока нет. Разрушенные дома порождают трудную ситуацию: сегодня мы снова оккупируем Газу, а на оккупирующей стороне лежит обязанность заботиться о мирном населении и обеспечивать его основные потребности - в еде, воде, медицинском обслуживании, какой-то крыше над головой – хотя бы палатками.

- То есть, если мы останемся в Газе, то нам самим придется восстанавливать дома и тратить миллиарды на снабжение местных жителей всем необходимым?

- Да, вне всякого сомнения. В этой ситуации мы будем оккупирующей стороной. Международные организации, в том числе и структуры ООН, считают, что даже до 7 октября мы оккупировали Газу – но это неверно, акт блокады не означает оккупации, и наш Верховный суд тоже не признал ее. Ведь оккупация предполагает два основных параметра: непосредственное присутствие и эффективный контроль. А блокада – это совершенно отдельный вид воздействия на другую сторону, который не обязательно является оккупацией. Например, блокада Катара соседними арабскими странами не означала его оккупации.

Но к тому же Четвертая конвенция прямым текстом запрещает переселять население оккупирующей стороны на оккупированную территорию. С этой точки зрения наша проблема с поселениями в Иудее и Самарии, а до этого с Газой – очень серьезна. По большому счету, это явное нарушение Конвенции, которое при определенных обстоятельствах может быть истолковано даже как военное преступление, - подчеркнул адвокат Алекс Шмерлинг.

Разумеется, кроме буквы закона, есть сложившаяся реальность – и во многих ситуациях она приоритетна. Не представляется возможным депортировать сотни тысяч евреев, живущих в поселениях Иудеи и Самарии, а потому положение там является предметом переговоров и политического урегулирования. Точно так же и 2 миллиона арабов в Газе сегодня – объективная реальность сегодняшнего дня, и грезить об их насильственном выселении оттуда (военной силой или поражением в правах в рамках единого государства) бессмысленно, безнравственно и опасно.

Эмиль Шлеймович, «Детали». На фото: палаточный лагерь в Хан-Юнисе, Газа. AP Photo/Fatima Shbair

Метки:


Читайте также