Игры муниципалитетов в «Лестницы и змеи» задерживают строительство 120 тысяч единиц жилья

«Реформа пристроек», принятая в 2016 году, была призвана упросить процесс получения разрешений на добавки в жилищном строительстве. До этого даже для того, чтобы застеклить балкон, гражданину приходилось проходить множество бюрократических инстанций. Реформа устанавливала максимальный срок рассмотрения подобных обращений – 90 дней. В течение этого времени местные комиссии по планированию, находящиеся в ведении муниципалитетов, должны были давать гражданам ответы на их запросы.

Но местные власти и сами ребята не промах, у них есть связи в кнессете, и поэтому предусмотренный реформой срок был изменен в ходе принятия сопутствующего законодательства. Изначально предполагалось, что отсутствие ответа в течение 90 дней будет толковаться как утверждение просьбы о дополнительном строительстве. Однако в соответствии с принятым законом гражданин, не получивший ответ в установленный срок, должен обращаться в местный совет с повторным запросом.

Из-за этого начали возникать странные, местами даже забавные, ситуации. Например, архитектор из Раананы на 89-й день после подачи просьбы получил от комиссии по планированию ответ, в котором содержалось требование изменить чертеж проектируемой пристройки: ворота должны быть изображены закрытыми, а не открытыми. Но это письмо было отправлено по электронной почте ночью, а архитектор увидел его только утром, когда 90-й день уже истек. Ему пришлось подавать просьбу заново и ждать ответа еще три месяца.

В Зихрон-Яакове просьбу о дополнительном строительстве отклонили из-за грамматической ошибки, в Гиватаиме потребовали приложить к чертежу пристройки трехмерное изображение бельевых веревок, а в Ход-ха-Шароне попросту заявили, что не успевают рассмотреть запрос и потому не могут его утвердить.

Волокита, лишенная всякой логики и порядка

Дана Вишкин сравнивает эту систему с известной настольной игрой «Лестницы и змеи». Вы подаете просьбу, преодолеваете различные бюрократические препятствия, и все это для того, чтобы на 89-й день упасть на дно игрового поля и начать все заново. Вишкин – одна из инициаторов архитекторской организации под названием «Пятый фронт». Ее цель – борьба за изменение порядка выдачи разрешений на строительство в Израиле.

Упомянутые выше истории были рассказаны архитекторами – членами этой организации. Но подобные случаи происходят сотнями. Они свидетельствуют о чудовищной волоките, лишенной всякой логики и порядка, подстегивающей рост цен на недвижимость в Израиле. Как правило, разрешение на строительство приходится ждать три-четыре года.

Этот срок не включает стадию проектирования. Речь идет только о времени, в течение которого муниципалитет рассматривает просьбу о выдаче разрешения на строительство и дает на нее ответ. По оценке Даны Вишкин, сейчас решения своей судьбы ожидают проекты, связанные с созданием примерно 120 тысяч единиц жилья. Эту оценку подтверждают и официальные правительственные источники.

Полное отсутствие координации между различными органами власти

Первой причиной столь грустного положения является отсутствие заинтересованности местных советов в выдаче разрешений на строительство. Муниципальный налог на жилье не окупает расходов на его содержание, поэтому каждая дополнительная единица жилья рассматривается местными органами власти как источник ущерба.

Правительство не контролирует их деятельности в этой области, да у него и нет возможности (а может быть, желания) на что-то повлиять. Строительство полностью отдано на откуп местных властей, их руководителей и комиссий по планированию, которые делают все, что им хочется. А хочется им делать поменьше, а трудностей создавать побольше – вне всякой связи с тем, что гласит по этому поводу закон.

Закон о строительстве и планировании представляет собой вторую важнейшую проблему. Это совершенно невообразимый объем текста, создававшегося и дополнявшегося в течение многих лет. В результате разобраться в нем практически невозможно, там не найти ни начала, ни конца. Закон предоставляет неограниченную свободу для толкования чиновникам местных советов. Каждый из них чувствует себя царем, который может трактовать закон по собственному усмотрению. Каждый чиновник может в последнюю минуту изменить свое решение и отправить архитектора в самый низ игрового поля «Лестниц и змей».

Это в свою очередь становится возможным из-за третьей главной проблемы: отсутствия нормальной логистики при рассмотрении просьбы о разрешении на строительство. Местная комиссия – последняя инстанция, принимающая решение по этому поводу. Перед этим просьбу должны утвердить еще 50 различных учреждений: Управление водных ресурсов, Служба тыла, Электрическая компания, Управление древностей, Управление заповедников, Пожарное управление, министерство связи, министерство экологии, Земельное управление, Еврейский национальный фонд, около десятка муниципальных подразделений и т. д.

Каждое из этих учреждений обладает правом вето и может затормозить утверждение просьбы. У каждого из них есть свои требования и своя компьютерная система. Все эти учреждения не поддерживают контакта друг с другом и не знают о том, какие претензии к той или иной просьбе есть у их коллег. Это приводит к тому, что различные инстанции предъявляют к подателям заявок противоречащие друг другу требования. Муниципалитет может потребовать устроить вход на стоянку там, где Электрическая компания требует установить распределительный щит, а там вообще растет дерево, которое Управление заповедников запрещает рубить.

В отсутствие общей компьютерной системы, когда каждый чиновник чувствует себя абсолютной свободным при трактовке закона, диалог между различными инстанциями практически не поддерживается. В этих условиях устранение противоречий становится неразрешимой задачей. Даже организовать простую телефонную беседу между представителями двух учреждений удается далеко не всегда.

Поэтому рассмотрение просьбы о разрешении на строительство тянется годами. В конце концов она попадает в муниципальную комиссию по планированию и там вновь может застрять из-за четвертой важнейшей проблемы: ретроактивного изменения местных стандартов. За несколько лет, прошедших после подачи просьбы, они могут измениться.

«Люди годами ожидают разрешения на строительство, – рассказывает Дана Вишкин. – А когда их просьба наконец прибывает в местную комиссию по планированию, оказывается, например, что муниципальный стандарт обустройства стоянки изменился. Это означает, что стоянку приходится проектировать заново».

Бюрократия обостряет жилищный кризис

Реформа, принятая в 2016 году, была призвана упорядочить процесс выдачи разрешений на строительство. Но на самом деле она внесла в него дополнительный хаос. Местные комиссии по планированию изменили тактику, и теперь они тянут время, в последний момент (за несколько часов до истечения 90 дней) предъявляя подателям просьб новые требования. Так их рассмотрение можно затягивать до бесконечности. Закон в этой связи не предусматривает никаких санкций против муниципалитетов.

На сайте организации «Пятый фронт» один архитектор рассказывает, как комиссия по планированию муниципалитета Рамат-Гана в последнюю минуту изменила свое решение, и это сломало его клиента. Годы работы оказались потрачены впустую, включая уплаченный адвокату гонорар. Но это еще мелочи: главный ущерб заключается в удорожании процесса строительства в Израиле. Сотни тысяч единиц жилья, которые могли бы помочь решению жилищного кризиса, так и остаются на бумаге из-за израильской бюрократии, одной из самых худших в мире.

Мейрав Арлозоров, TheMarker, Д.Л. Фото: Эмиль Сальман √

Метки:


Читайте также