Детали

Даже если вы засыпете их деньгами, они не вернутся

Это не массовый отъезд из Израиля, потому иногда его трудно заметить. Но все же постепенно, один за другим программисты и инженеры, врачи, ученые и исследователи покидают страну, без оглядки. Хватит ли нам мудрости изменить эту тенденцию?

Два года тому назад 32-летний Йоав Амит и его жена Яэль Дери решили кардинально изменить свою жизнь и переехать в Соединенные Штаты. «Основная причина - постдокторат, который хотела сделать моя жена, - говорит Амит. - Мы думали об эмиграции, но дальше разговоров дело не шло. Однако, когда она получила предложение провести свое исследование в США, мы решили воспользоваться этой возможностью».

Йоав и Яэль не единственные, кто принял такое решение. Это довольно широко распространенное явление. Исследование, которое провел профессор Дан Бен-Давид, президент Института «Шореш» и экономист Института общественной политики Тель-Авивского университета, позволяет оценить его масштабы. И уяснить, что «утечка мозгов» из Израиля прогрессирует.

В 2014 году, в среднем, на каждые 2,6 выпускника израильских вузов покинувших Израиль, приходился один вернувшийся. Но спустя всего 3 года, в 2017-м, их число выросло до 4,5 на одного вернувшегося.

Доля израильских врачей, работающих в странах ОЭСР, увеличилась за период с 2006 по 2016 год с 9,8% до 14%, от общего числа врачей в Израиле. В области экономики и информатики израильтяне, работающие сегодня на ведущих факультетах в университетах США, могут сформировать два средних израильских факультета. А из израильтян, работающих в американских университетах в сфере бизнес-менеджмента, можно собрать три с половиной факультета, соответствующих израильским стандартам.

Не случайно за рубежом высок спрос на израильтян со степенями по точным наукам и технологиям. И именно в этой группе израильтян - самые высокие показатели эмиграции. По словам Бен-Давида, отъезд таких работников из Израиля может иметь особенно опасные последствия.

«Что ожидает нашу страну? Многие исследователи выезжают за границу на резидентуру или докторантуру, и они бы вернулись обратно, но начинают задавать себе вопросы. В какую школу пойдут их дети? Что произойдет, если они заболеют и им придется обратиться в одну из местных больниц, в которых очень высок уровень смертности от инфекций? Они помнят заторы на израильских дорогах, помнят, что цены здесь высокие, а зарплаты низкие… Если бы политики увидели всю картину целиком и занялись решением проблем, чтобы через десять лет государство Израиль выглядело иначе - тогда была бы надежда. Но пока, к сожалению, ее нет», - говорит профессор Дан Бен-Давид.

Эмиграция из Израиля не является массовой, но покидают Израиль те, кто обеспечивают экономическую основу страны. «На долю сферы высоких технологий приходится 40 процентов всего экспорта, а ее работники составляют лишь 2 процента израильского рынка труда. Врачей в Израиле - только 0,5 процента населения в возрасте старше 25 лет. Высший академический персонал – это всего 0,1 процента населения! Но если критическая масса именно этих людей уедут и не вернутся, то у Израиля возникнут серьезные проблемы», - поясняет Бен-Давид.

Эмиграция старших научных сотрудников

Среди факторов, которые делают Израиль непривлекательным для этого образованного и успешного класса - неравенство в налоговом бремени. Оно затрагивает, в основном, два верхних дециля, то есть работников хай-тека и медицины. Они хоть и не считаются чрезмерно богатыми, но платят львиную долю прямых налогов, взимаемых с граждан.

В то же время целые большие секторы продолжают поглощать пособия. «Восьмилетний курс обучения ультраортодоксов не включает в себя английский, естествознание, очень мало математики. Как долго мы сможем продолжать воспитывать здесь поколения, оказывающиеся не в состоянии сами себе помочь? Кто будет инженерами в будущем поколении?»

Предупреждения Бен-Давида адресованы, главным образом, руководству страны. «Мы все в одной лодке, и постоянно ссоримся друг с другом по поводу того, кто где сидит, - говорит он. - Но эта лодка называется «Титаник», а капитаны, принимающие решения, в упор не видят айсберга. Какие же могут быть претензии к тем, кто первым бежит в спасательную шлюпку, если корабль не меняет курс?.. У наиболее образованных людей есть альтернативы. Я уверен, что большинство из них хотят жить в Израиле, но они уезжают. Есть опасность, что мы потеряем самых талантливых, квалифицированных и образованных… У нас хорошие университеты, потрясающий хайтек, но нужен другой подход, который создаст для этих людей определенную перспективу».

Прекрасным примером тому, что говорит Бен-Давид, является Амит. Он объясняет основные различия жизни в Израиле и в Соединенных Штатах: «Мы живем в пригороде Нью-Йорка, и, хотя это далековато от центра города, качество нашей жизни значительно повысилось, по сравнению с Израилем. А с экономической точки зрения даже нечего сравнивать. Например, расходы на аренду у нас составляют менее четверти месячной зарплаты».

В последние годы предотвратить отъезд, или вернуть в Израиль эмигрантов пытались с помощью нескольких программ. Помимо налоговых льгот, которые полагаются возвращающимся, увеличивали бюджеты университетов, чтобы они смогли принять на работу молодых исследователей. В Израиле сегодня неоправданно низкое соотношение числа преподавателей и студентов. Например, в Тель-Авивском университете 1100 старших преподавателей и около 28 тысяч студентов. В США на примерно такое же количество студентов приходится более 2 тысяч преподавателей, что позволяет расширить охват различных специализаций и разнообразить исследования.

Профессор Мануэль Трахтенберг сегодня - сотрудник Тель-Авивского университета и Института Шмуэля Неэмана при Хайфском Технионе. Он считает, что Израиль и сам должен принимать иностранных ученых. Но этого не происходит по нескольким причинам.

«Прежде всего, языковой барьер. Если вы хотите привлечь исследователей из-за рубежа, все должно быть на английском языке, это - язык научных кругов. Также мы должны стать более открытыми. Гости приезжают на конференции на несколько дней, но не остаются у нас надолго, для исследований или преподавания. К нам даже иностранных студентов приезжает очень мало... Эту ситуацию нужно менять. Нельзя не поддерживать высокий академический уровень, особенно в государстве, чья экономика основана на науке, не заботясь о двигателях науки. И ученые - один из таких двигателей», - говорит профессор Трахтенберг.

Страна ограниченных возможностей

В государственном Управлении инноваций также обеспокоены нехваткой специалистов в области хайтека, и пытаются вернуть тех, кто уехал за рубеж. С частичным успехом. В Управлении не располагают статистикой по числу израильтян в высокотехнологичных отраслях, которые переехали жить за границу. Но знают, что в технологическом секторе не хватает около 15 тысяч работников. В Управлении инновациями заменили Национальную программу возвращения ученых на новую, под названием «Возвращение к высоким технологиям» - для тех, кто все же решит вернуться.

«Мы предлагаем каждому израильтянину, который работает в хай-теке за рубежом, зарегистрироваться для участия в этой программе. Это можно сделать бесплатно и анонимно. Наша услуга в том, что мы находим работников на те или иные вакансии в сфере хайтека из числа израильтян, которые работают за границей. Ведь уехав из Израиля, эти люди, как правило, теряют свои связи и наработки. Они не знают точно, к кому обратиться. Мы проинформируем их о возможностях, о вакансиях, соединим их напрямую с работодателями», - рассказывает Наоми Кригер-Карми, заместитель генерального директора управления.

Но Бен-Давид напоминает, что решение проблемы утечки мозгов должно быть системным. Требуются долгосрочные обязательства политиков. «Вы не можете сказать: «Поднимем им зарплату на несколько лет, и они вернутся». Вложение денег прямо сейчас не вернет этих людей домой. Они хотят не временных бонусов, а жизни в комфортной стране, - говорит он. - Пришло время уделить внимание корню проблемы, а не всему этому шуму, который вокруг нее поднимают.

Вы можете осуждать их сколько хотите - на них это не подействует. Они думают про себя: «Если вы (те, кто принимает решения) бросили страну на произвол судьбы, то и нам незачем жить в ней».

У нас еще есть время для перемен, но оно не безгранично, и никто не знает, когда будет пройдена «точка невозврата». Хотя большинство моих коллег думают, что она уже пройдена. Но я - один из оптимистов, которые считают, что все еще нет».

Исраэль Фишер, TheMarker. Ц.З. К.В. Фотоиллюстрация: Офер Вакнин.



Реклама


Партнёры

Загрузка…

Политика

Реклама

партнеры

Send this to a friend